Новые книги серии Крафт

Валерий Нугатов / «Мейнстрим»
Валерия Нугатова принято считать человеком, разрушающим литературу. В действительности он разрушает нечто еще более подозрительное  — литературный консенсус. Вместо того, чтобы понимать литературный мир как гомогенного арбитра, находящегося на нейтральной территории и способного совершать объективные обобщающие суждения о других мирах (социальном, в том числе), Нугатов настойчиво и саркастично описывает этот мир как не лишенную производственных противоречий индустрию, чья способность обобщения сама зиждется на весьма зыбкой почве. Таким образом, если обычно цинизм рядится в одежды политического нонконформизма, но на деле отлично вливается в  идеологический конценсус, Нугатов, эпатируя и настаивая на примате эстетики, занимает бескомпромиссную позицию, разоблачая негласные и уродивые правила игры внутри самой литературы, тем самым ставя под сомнение и социальный порядок, этой литературой воспеваемый. Такая критика литературного быта и деконструкции либерального «зравого смысла» в текстах Нугатова «осуществляются для того, чтобы “расчистить поле”  для нового социально ориентированного высказывания, не требующего искусственной легитимизации» — в том числе в его собственных текстах.

ПРОПАГАНДА ПОЭЗИИ

они пропагандируют порошок
а мы пропагандируем поэзию
они пропагандируют прокладки
а мы пропагандируем стихи
они пиво клинское
а мы стихи сваровского
они колготки сисси
а мы интеллектуальную составляющую
они нас сериалами
а мы их толерантностью
они нас гомофобией
а мы их культуркой
они криминальными сводками
а мы блядь литературоведческим анализом

пусть поэзия придёт в каждый дом
в каждый аул
и кишлак
в каждую семью
на каждую подпольную фабрику
с нелегальными вьетнамскими гастрами
пусть проникнет в семью премьер-министра
в семью президента
и в семью администрации президента

пусть поэзию подают на завтрак
обед и ужин
пусть она стоит на столе
пусть она сидит за столом
пусть лежит на диване
пусть спускается в унитаз
пусть поэзия будет везде
в каждом сердце
и в каждой пизде
пусть будет она в кабинете
и пусть будет она в туалете
в метро в скором поезде в самолёте
в каждом машинисте бортпроводнике и пилоте
пусть будет она в бизнес-классе
хуяссе
поэзия в бизнес-классе
пусть будет в каждом кафе
в барнауле йошкар-оле и уфе
в соответствующей графе

поэзия — фарэва
масскульт — нэва

поэзия — фарэва
чернуха — нэва

поэзия — фарэва
бездуховность — нэва

камон эврибарри
лэцгоу
олл чугэвва

Павел Арсеньев / «Бесцветные зеленые идеи яростно спят»

Книга поэта, критика и активиста Павла Арсеньева представляет из себя не столько поэтический сборник, сколько жанровый эксперимент, который можно определить как отчет о художественной и активистской работе за 4 года и, одновременно, как опыт рефлексии границ между артистической и политической активностью. Тексты здесь соседствуют с изображениями, которые предшествовали их написанию (как при использовании техники ready-written, пересаженной в литературу из архива искусства XX века), появлялись в момент реализации текста (фотодокументация поэтических хеппенингов, которые предпринимал автор) или, наконец, являются следствием экранизации текста (скриншоты поэтических фильмов). При этом изображения и интернет-ссылки являются не просто иллюстративно-справочным материалом, но полноценным элементом текста, оказывающим структурное влияние и на собственно поэтическую ткань, обретающую благодаря тому известную диффузность и разомкнутость. Книга состоит из двух разделов – «Ready-written» и «Социолекты», и если в первом  фиксируются языковые констелляциии, которые достаточно предъявить в качестве определенного симптома, то во втором – уже разыгрывается «собственная логика» различных способов социального говорения, которые определяют горизонт политического воображаемого сегодня.

ЭКСПЕРТИЗА

На примере данного стихотворения
Мы снова увидим, как
Политические декларации,
Включенные в произведение искусства,
Распрямляют,
Упрощают
И выводят произведение
Из эстетического пространства,
Переводят его в некую иную плоскость.

Мы увидим, что автор
Будет пытаться
Выразить свои политические
Взгляды и убеждения,
Неумело маскируя их
Эстетической формой.
Объективные же качества последней,
По мнению многих экспертов,
Непременно окажутся
Значительно ниже,
Чем если бы он занимался своим делом
И просто писал стихи,
Ища свой стиль
И свое место в литературном процессе.

Если бы автор для начала
Несколько умерил свою спесь,
Почитал классиков,
Поучился бы на филологическом факультете,
Где, безусловно, умеют прививать к ним любовь,
Осознал бы всю несовместимость
Политики и искусства,
И только потом уже
Попробовал бы
Сочинить что-то свое,
Желательно в подражательном духе,
Тогда мы бы еще могли
Говорить здесь о поэзии.
Но в данном случае мы не можем
Позволить себе
Говорить о поэзии.

Мы увидим также, что автору
Придется признать
Прямо в тексте стихотворения
Всю несостоятельность собственных претензий,
Однако также мы сможем проследить и то,
Как он непременно попробует
Как-нибудь выкрутиться,
Прибегая к таким чуждым
Русской поэзии явлениям,
Как концептуализм,
Постмодернизм и др.

Кроме того, мы увидим, что автор
В данном стихотворении
Кощунственным образом попирает
Основы русского силлабо-тонического стиха,
Заложенные такими великими людьми,
Как Ломоносов, Державин, Жуковский
И, конечно же, Пушкин,
Из чего мы сможем сделать вывод,
Что автор наверняка не может похвастаться
Истинно патриотическим отношением
К великой двухсотлетней
Русской культуре.

Принимая во внимание все вышесказанное,
А также то, что автор
Прибегал к использованию
Запрещенной символики,
Разжиганию ненависти по отношению
К социальной группе «власть»,
И, наконец, был замечен
На собраниях отдельных леворадикальных групп,
Мы можем заключить, что его
Жалкие эстетические отправления
Действительно содержат экстремистский компонент,
А сам он может быть осужден
По статье 280 Уголовного кодекса
Российской Федерации «Публичные
Призывы к осуществлению
экстремистской деятельности,
совершенные с использованием средств
массовой информации».

Кирилл Медведев / «Жить долго, умереть молодым»
Поэма, опубликованная в серии, представялет собой яркий пример трансформации жанра: классическая лирическая форма подчиняется утилитарной задаче репортажа о выполнении другой, не менее утилитарной — интервью. Которое, собственно, и берут автор Кирилл Медведев и оформитель книги Николай Олейников у Жана-Клода Ланцмана, автора 9-часового фильма, посвященного Холокосту, левого активиста и близкого соратника Сартра и де Бовуар в молодости, отказывающегося отвечать на политически острые вопросы о современной политике Израиля, прячущегося за комфортабельной маской художника, на которой написано «вот, мол, я тут наколбасил чего-то, меня интересовали человеческие переживания. а за идеями и ижеологиями не ко мне». Именна эта позиция очень неприятна коллективному автору книги, чье воинственное лицо готово принимать не только вдохновенное выражение «наглого современного художника», но и вполне реальные гримасы боксера-анархиста Монсона или лидера анти-фашистского восстания в Варшавском гетто Эйдельмана. Вывод этой многоголовой гидры «над стариком седым» предельно прост и бескомпромисен: ему «мгновения остаются», чтобы умереть молодым.

Параллельно я думал о том, что коля — наглый художник.
В том смысле, что радикальных художников кругом хватает,
А вот с наглостью сложновато,
По-настоящему наглых художников мало.
Наглость художника,
Думал я,
Интересное качество такое.

Но вот уходит первый канал,
Колян пальто с черепами снял
И камеры порасставил.
Мы — представители левых сил».
Ланцман устало взгляд опустил:
Сейчас начнут про израиль.

Но коля, порекламировав немного свою группу,
спрашивает у него про монументальное искусство:
Монументальное искусство.
Каким оно могло бы сегодня быть?

Откуда мне знать, говорит Ланцман.
Сегодня не может быть монументального искусства.
Мир разорван на части.
Для монументального произведения
нужно цельное представление
О мире.

Но ведь вы сняли монументальное произведение.
Наверное, у вас есть идеи по этому поводу?

Я не думал об этом. Я художник, понимаете?
Я не мыслю такими категориями.
А вы что, коммунисты?
Ваше дело — революция.
Почему вы спрашиваете про монументальное искусство?

<…>

Как от позора спасти седины
Ланцман, доживший до середины
Жизни, не знает, зато мы знаем
И непременно ему расскажем:
Нужно говорить про израиль
Нужно говорить про израиль
В этом верный секрет бессмертья,
Это жизни жгущая рана,
И как раз ланцман это понимает,
Он знает, что политика в сердце
Жизни как истории рана,
Никому не нужная травма,
От которой не отвертеться…

Не забыть политику,
Не вырвать из сердца израиль,
Потому что политика
Вечно рядом,
И палестина кровавой раной
Говорит — политика
Вечно рядом,
От нее не спрячешься
В супермаркет,
Не укроешься
За словесной вязью,
И старик ланцман
Это понимает,
Он знает,
Что политика в сердце
Жизни как истории рана.
В несводимости их сведенье,
Аполитичность ведет
К маразму.


Никита Сафонов / «Узлы»
Несмотря на то, что стихи Сафонова могут показаться стоящими особняком в серии, достаточно просто обратить внимание на тот контекст, с которым они могут быть связаны. Никита Сафонов имеет самое непосредственное отношение к обычному индустриальному производству, работая горным мастером, тогда как его тексты, отталкивающиеся (в обоих смыслах) от этого фона, носят принципиально «пост-индустриальный» характер. Они состоят не из законченных манифестарных утверждений или интимных рассуждений лирического героя, а срастаются из обрывков услышанного, прочитанного и (недо)сказанного. Стихотворение Сафонова — это не окно в иной мир, позволяющее передохнуть от секулярной действительности, но ее продолжение, в котором поэтические штампы вытеснены натуральными числами и логическими формулами. Благодаря «взгляду, направленному на знакомые вещи и предметы», отпадает необходимость» вооружаться всем арсеналом традиционных поэтических средств — рифмой, ритмом и так далее».

ЗАПИСЬ (МЕТОДА) ЗАПИСИ (ИЗОБРАЖЕНИЯ)

Того, что случилось меж этих страниц, темных по ветру

Между отражением моста и самим мостом, как треснувшим
теперь уже зеркалом,
от А к первому Б — цитируя невнятный слог п. 2,3:

В этих пустынях и есть расщепление плоскости прямоты
Прямая речь сама оговаривает срединное положение плоскости, как пустыни;
Она не есть пустыня. Заканчиваясь, «прочее» пересекает предметность
еще до возникновения смысла предметов и — выспрашиваемого порядка их

Отказ от объекта в его описании — темные черты линий на матовом стекле,
разделяющем видимое от того, что прежде не подлежит описанию,
фрагментации в письме — читаемым: пропадающий (возобновляемый) свет
(п. 2: ближайший или бывший) есть только предполагаемое.
До следующего провала знаков сказанное = представленное.
(Движение вод)

(Те самые части огромного снимка каменной черной стены)

В абзацах 5, 82, 11 все сказанное (не представленное позднее срока),
разложенное в порядке работы с материалом, не имеет фигур
в корпусе окончаний, зависящих косвенно от других, третьих и пр.
Словного нет следов сложного припоминания
забытого языка значений.

Уведомление С. о ближайшей возможности сопротивления.
От этого действительного события к неуловимому образу С. вдали.

(Та самая часть каменной стены, что черна)

Последнее, что оставлено — расстояние, которое остается
письмом в отношении к другому — то, что не могло быть произнесено.
Те раздельные признаки узнанного горизонта задолго (когда?)
до случившегося. Расстояние предельной близости, тяжелое
в своем приближении, в сопротивлении промежутков приближенного.

(Та, другая, чернота камня)

Презентация новых книг в Спб пройдет 10 декабря в 19:30 в магазине Порядок слов.

Реклама

3 thoughts on “Новые книги серии Крафт

  1. Уведомление: Презентация новой книги Кирилла Медведева. | Свободное марксистское издательство

  2. Уведомление: Презентация крафт-книги Кирилла Медведева в «Циолковском | «Свободное марксистское издательство

  3. Уведомление: Презентация крафт-книги Кирилла Медведева в “Циолковском” | Falanster.su

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s